Friends

Говоришь мужу - смотри скорее! Дело в том, что пузо все бурлит, вздымается, пятки то тут то там выпирают.
И куда блин смотрит муж? Конечно же, в монитор ноута с открытой лепрой...

Знаете, я вам вот что скажу чувства - это великое счастье их испытывать. Жить с человеком, который изо дня в день совершает глупости, нелепости, доводит до трясучки своими реакциями и через пять минут забывает о твоей просьбе.

Когда кто-то там рассказывает, как ему хватает мудрости не сраться со своей половинкой из-за бытовухи, быть выше и вместе расти до измененного сознания, у меня возникает подозрение, что этот человек либо дебил, либо любит себя в своей любви, либо просто врет. Бытовуха она для того и есть, чтобы выводить из себя, сраться и метать друг в друга лучи поноса. А еще она для того, чтобы в 150-й раз вытаскивая его грязный носок из-за холодильника и закипая от смешанного желания заорать или прямо сию секунду заставить этот носок сожрать, ты понимаешь, что не будь этого носка в твоей жизни вместе с его обладателем, ты бы жалась в углу, словно брошенный щенок, изо всех сил симулируя уверенность в себе и успешность. Без любимого плеча нет ни того, ни другого. Это пиздеж, ребята, что есть.

Я не верю в чувства, заблокированные страхом, это какие-то полумеры такие, которые скорее напоминают разведенный порошок шоколадный, чем цельную такую увесистую и вкусную плитку шоколада. Каждая выставленная грань - слабость и несвобода. Свобода позволить себе не быть скупцом в чувствах - она и имеет ценность и вес, а всякие там атрибуты-очередная задвижка от свободы.

А семья... Семья - это когда ты учишься мыслить категорией "мы" и находишь в этом удовольствие.

Хочется растекаться мыслями и словами по чему угодно.
Катастрофически не хватает общения, а вылезти куда-либо с моей нынешней скоростью передвижения уже как-то нереально почти. Маринка, ты в Питер, говоришь, за рулем на 8-м месяце ездила? Да ты упоротая!! (я любя и с восхищением)

Та жизнь, в которой я работала, тусила, пила ром с колой и никогда не отказывалась от хорошего косячка, кажется, была так давно, что она уже кажется мне не моей. Чего уж там, приезжая в Москву, я уже не понимаю, как я всю жизнь жила в этом городе и за что я его вообще любила, если тут не то что невозможно быстро ездить и делать дела оперативно, тут дышать просто нечем.

Мне тут казалось, что у меня теперь точно все ништяк с самоидентификацией. Полина, как настоящий мужик, одним махом убила мою веру в себя, обвинив в неприличном поведении. И только я вздумала обидеться, как подумала - а ведь скажи мне кто, что я очень прям такая приличная, я бы обиделась еще сильнее.

А Шишка нассала на мое одеяло. После жесткого террора и показательного обливания ее жопы ледяной водой, она сперва демонстративно общалась с нами из-за унитаза, а теперь сидит на подоконнике, подставив подсохшую жопу нам и миру и отказывается выходить на контакт. Это правда до тех пор, пока она не учует запах кошачьих наркотиков. Интереса ради накормлю ее завтра валерьянкой, если она так-то упоротая, что же будет, если она будет еще и пьяная?

Отчаяние от ощущения собственного отупения сменяется у меня гордостью от прозрения и одупления в те темы, которые раньше мне и поднимать-то было страшно.
Ах да, единственный мой страх теперь - не добежать до туалета. Сложно объяснить это - каково оно, жить с желанием сбегать в туалет даже тогда, когда ты только секунду назад из туалета вышла.

А муж мой, тем временем, усаживает беременных в метро, поднимая мужиков-мудаков с синдромом сонных ебанатов, и напоминает тем, кто сорит в электричках, что они забыли кой-чего. И люди возвращаются и мусор уносят. Полина права - единственное приличное, что есть в нашей семье - это муж. Мне за него очень гордо, он теперь еще с усами и бородой и похож на мушкетера. Он даже красивее Атоса, от которого я млела в детстве.

А вообще, простите меня, у меня куда-то разъезжаются кости и почему-то кажется, что вот-вот вместо одной попы у меня будет две, словно мой зад сошел с ума и страдает шизофренией, каждой половинкой преследуя свои цели.
Мне еще очень хочется рассказать о том, как я хочу килограммами лопать шоколад, но это уже очень интимно. Лучше пойду и понюхаю имбирь, это же так естественно.
Охренеть, еще три недели и моя грудь превратится в еду!